Командование

“В 102 полку за последний год, с апреля прошлого года по май этого года, пропали без вести и погибли около 8 тысяч штурмовиков”

“Я воспитывала одна своих двоих сыновей с малых лет, с малого возраста. Кто мне скажет, где мой сын? Почему вы не эвакуируете? Где эвакуация?”

“Мне надо лечиться, меня врачи не лечат. А так как они меня не лечат, говорят, что у меня ВВК пройдено”

“Пацан отдал жизнь за Родину, но Родина его не приехала хоронить. Ни военных — никого нету. Абсолютно никого”

“Не очень понятно, как на протяжении 3,5 месяцев нельзя обнаружить военнослужащего и выяснить его местонахождение и прочее”

“То есть, по своей сути, пострадал сам мой брат, который ушел на боевое задание и уже числится 8–9 месяцев пропавшим без вести”

“Ну, начинаешь уже задумываться, не просто ли нас хотят всех обнулить, чтобы после войны мы меньше говорили то, как на самом деле это происходит?”

“Вот один единственный остался, а остальные друзья все погибли. Раз, два, три… Шестеро человек. Ну, я не знаю, застрелили и всё, их привезли потом...

“Либо семьи выкупают своих ребят, либо их обнуляют путем издевательства”