Участник СВО, начальник 51-го научно-исследовательского испытательного отдела ГНИИМЦ, подполковник Суворов Кирилл Александрович, 25.05.1983 г.р., обратился к Президенту РФ с просьбой вмешаться в уголовное дело против его 18-летнего сына Суворова Егора.
По словам офицера, Егор стал жертвой мошенников, представлявшихся сотрудниками Росфинмониторинга и ФСБ. Под угрозами уголовного преследования самого молодого человека и его семьи злоумышленники убедили его участвовать в якобы «секретной операции ФСБ» и выполнять поручения по перевозке денег и ценностей. Сейчас Егор является единственным обвиняемым по двум эпизодам мошенничества в особо крупном размере по ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Как рассказал Суворов, в августе 2026 года злоумышленники получили доступ к аккаунту сына на Госуслугах. После этого с Егором связался мужчина, представившийся сотрудником ФСБ, который начал угрожать ему и его родственникам. Молодому человеку заявили, что ему грозит пожизненное заключение за государственную измену, а его семье — опасность.
“Несколько дней подряд мошенники постоянно держали его на связи, запугивали и воздействовали на его психику”
По словам отца, мошенники поставили Егора перед тремя вариантами: пожизненное заключение, отправка на СВО в составе штурмового подразделения либо участие в «секретной операции ФСБ». Поверив, что сотрудничает с государственными структурами, молодой человек согласился выполнять роль курьера.
С 13 по 15 августа Егор ездил по указанным адресам, забирал у людей деньги и драгоценности, после чего отвозил их в назначенные места.
“В тот момент мой сын искренне верил, что выполняет законные указания представителей органов государственной власти”
Кирилл Суворов утверждает, что после задержания сына следствие не установило организаторов схемы и не проверило адреса, которые сообщил Егор. Защита также просила провести психолого-психиатрическую экспертизу и исследовать переписку с кураторами, однако, по словам офицера, следователь отказал в удовлетворении ходатайств. Сейчас дело готовится к передаче в суд.
“Следствие проведено формально, следователем так и не найден ни один участник организованной преступной группы, за исключением моего сына”
Подполковник требует пересмотреть обстоятельства расследования и прекратить уголовное преследование сына, которого считает не преступником, а жертвой мошеннической схемы. Он также утверждает, что с подобными ситуациями столкнулись семьи более тысячи молодых людей, которых мошенники вовлекли в курьерские схемы.
“Подобные случаи уголовного преследования невиновных подростков <…> подрывают веру в справедливость и верховенство закона”.
