Правозащитница Ирина Эмануэль рассказала о методах склонения военнослужащих срочной службы к подписанию контракта с Министерством обороны.
По словам Ирины, к ней часто обращаются родственники срочников с сообщениями о том, что их детей обманным путём убедили подписать контракт. Командование воинских частей нередко обещает молодым людям тыловые должности и выгодные условия службы, однако на практике нет гарантий, что военнослужащий не будет направлен в зону боевых действий.
“Если вы подписываете контракт, то никто вам не гарантирует, что вы будете служить в тех войсках, на той должности и в том месте, которые вам обещали. Потому что сегодня вы нужны здесь, а завтра — в зоне СВО”
Помимо этого, распространённой ошибкой срочников является подписание пустых листов документов, которые впоследствии могут быть использованы командованием для оформления контракта от имени военнослужащего.
“Вы подписываете пустые листы контракта, вы подписываете рапорты, в которых ничего не написано — ни слова”
Правозащитница отмечает, что пока военнослужащий проходит срочную службу, он находится в относительной безопасности, знает точный срок её окончания и не может привлекаться к участию в боевых действиях. Однако после подписания контракта служба фактически становится бессрочной — до окончания мобилизации, и расторгнуть контракт практически невозможно.
Обжаловать подобные решения также крайне сложно, поскольку доказать факт психологического давления, принуждения или обмана затруднительно.
“Ребят, и мамы, и папы этих ребят, пока человек срочник, с ним ничего не может случиться. <…> Пока вы срочники, вас никто не тронет. Но как только вы становитесь контрактником, всё — вы попадаете в распоряжение Министерства обороны. Контракты у нас по-прежнему не расторгаются. Никакие заверения о том, что вы сейчас подпишете это для статистики, а потом расторгнете, — не работают”
Ирина также подчеркнула, что обещания расторгнуть контракт после поступления или окончания военного вуза не соответствуют действительности — такие контракты продлеваются автоматически.
“Уже столько лет это продолжается, и пора понять, что такие судьбоносные решения не могут приниматься в таком состоянии”