Больше всего погибших в таких регионах (среди тех, где удалось установить регион):
Республика Башкортостан — 8 912
Республика Татарстан — 7 553
Москва и Московская область — 7 338
Свердловская область — 6 183
Челябинская область — 5 893
Пермский край — 5 760
Краснодарский край — 5 729
Иркутская область — 5 629
Саратовская область — 4 958
Красноярский край — 4 412
Обращаем внимание, что речь идет о поимённо установленном на момент публикации количестве погибших, чтобы показать имеющиеся тенденции. В реальности же числа будут значительно выше, так как данные о многих погибших бойцах поступают с задержкой или вообще недоступны.
Хотя за годы боевых действий некоторые уже привыкли к шестизначным цифрам в графе потерь, то вряд ли кого-то оставит равнодушным ошеломляющая динамика роста количества погибших военнослужащих. Говоря о динамике, обратим внимание на 2 момента.
Во-первых, за четвертый год войны (в период с 24 февраля 2025 года по 24 февраля 2026 года) имеем 93 577 погибших, что составляет почти половину от общего количества. В целом, на данную тенденцию указывали ранее, анализируя статистику 2025 календарного года.
Во-вторых, ровно год назад мы за первые два месяца 2025 года опубликовали более 10 тысяч погибших, при этом предположив, что при сохранении такого темпа до конца года получим в потерях за 2025 год “не менее 60 000 военнослужащих”. К сожалению, этот прогноз был чрезмерно оптимистичным, так как в итоге получили 86 574 погибших. И вот мы имеем данные за первые два месяца 2026 года — 17 054 человека. А это значит, что динамика потерь не просто сохраняется, а увеличивается. О дальнейших прогнозируемых цифрах на конец 2026 года даже думать страшно.
Несколько слов о том, как проявляется такая трагическая статистика в реальной жизни в условиях отсутствия по понятным причинам официальных данных о потерях. Наиболее очевидными подтверждениями вышеприведенных чисел являются быстрорастущие кладбища, а также расширение мемориалов памяти погибшим бойцам.
Но, кроме этого, есть и выводы аналитиков, которые даже в условиях цензуры стали задавать вопрос: куда деваются военнослужащие? Все понимают, что если армия ежемесячно пополняется десятками тысяч новых бойцов, но при этом подразделения не успевают восполнить потери, то значит что-то не так.
Более того, вопрос пополнения становится все острее, о чем свидетельствует и принуждение срочников к подписанию контрактов, и отношение к получившим ранения военнослужащим, которых не отпускают на лечение, и усиленная вербовка и набор в войска всех подряд, без оглядки на состояние здоровья и личные качества.
Все вышеуказанное привело к закономерному результату: с такими темпами потерь человеческий ресурс исчерпался, а вариантов для его пополнения особо не осталось. Как понимают уже многие, дело идет к мобилизации.
Подводя итог отметим, что за 4 года войны в высшем военном руководстве так и не изменили свой подход в управлении войсками: вместо обеспечения сохранности и выживаемости имеющихся солдат, закрывают их массовую потерю набором новых.